Kratom Cafe: Кратом купить в Украине | Лучшее качество | Быстрая доставка | Низкие цены

Фармакология кратома

Фармакология кратома: подробный разбор состава, и объяснение некоторых уникальных свойств этого растения.

В этой статье будет рассказано об основных фармакологических свойствах кратома, чьё латинское название – «Mitragyna speciosa», переводящееся, как «Митрагиния прекрасная». Также, тут описаны основные аспекты его действия на организм человека, и даны советы, которые помогут пользователям кратома избежать возможных негативных эффектов.

Фармакология данного растения является интереснейшей темой для исследований: она сложна, и, до наших дней, мало изучена. Для упрощения статьи, приведённой ниже, автор попытается максимально сжать изложенную в ней информацию, не вдаваясь в излишние детали.

И, если вы сочтёте эту работу слишком сложной – учтите, что в полном виде, без упрощений, сей труд был бы раз в десять длиннее.

Основными по массе алкалоидами, которые, также, обычно считаются и главными действующими веществами кратома, являются соединения митрагинин и 7-гидроксимитрагинин. Это не единственные вещества, реализующие эффект кратома, но прочие мы разберём позднее.

Оба эти соединения являются частичными агонистами (активаторами) мю-опиоидных рецепторов, причём 7-гидроксимитрагинин имеет к этим рецепторам гораздо большее сродство. Это значит, что он активирует рецептор при значительно низших концентрациях в крови, чем митрагинин.

А потому, 7-гидроксимитрагинин – мощнейший из них агонист мю-опиоидных рецепторов, но он содержится в листьях кратома в гораздо низших количествах. Так, по некоторым данным, в Тайских штаммах кратома содержится около 66% митрагинина от общего количества алкалоидов в сухом листе.

7-гидроксимитрагинина, же, в том же штамме (сорте) найдено лишь 2% от суммы алкалоидов. Тот же источник утверждает, что Малазийские сорта содержат лишь 12% митрагинина от всей массы алкалоидов, что говорит об значительной разнице составов, между штаммами разного географического происхождения. Предположительно, это связано с отличием климатических условий и составов почв.

Впрочем, в заголовке написано об уникальных свойствах алкалоидов кратома, а потому, перейдём к ним.

Что же, вот и настало время рассказать об исключительных свойствах алкалоидов кратома. Дело в том, что, соединяясь с мю-опиоидным рецептором, митрагинин и 7-гидроксимитрагинин (а также, их родственник и метаболит митрагинин-псевдоиндоксил), активируют исключительно нейронный путь, связанный с G-белком (отвечающий за аналгезию, седацию, а также, отчасти, за «эйфорический» эффект), однако, не активирует сигнальный путь бета-аррестинов (чья активация ускоряет рост толерантности и зависимости, и вызывает угнетение дыхания), как это делают «классические» морфиноподобные опиоиды. Благодаря этому кратом имеет уникально меньший потенциал развития толерантности, привыкания и аддикции, в сравнении с большинством других опиоидов.

Однако, всё же, он обладает им, и рекомендуется соблюдать осторожность с этим уникальным и, действительно, очень полезным, во многих случаях, растением, дабы не допустить развития привыкания.

Правила профилактики возникновения толерантности и аддикции весьма просты: не принимайте кратом (особенно высокие дозы) чаще двух-трёх раз в неделю, причём, лучше не пить кратом без большой нужды более двух дней подряд. Также, пользователям кратома, особенно, принимающим высокие дозировки, необходимо делать перерывы, хотя бы, на 7-10 дней, во время которых, кратом не должен употребляться вообще.

Говоря же о иных свойствах митрагинина и 7-гидроксимитрагинина, заметим, что эти соединения блокируют каппа- и дельта-опиоидные рецепторы, пусть и с невысоким сродством. Блокада этих двух рецепторов (особенно каппа-опиоидного) подавляет дисфорию и тревогу, что, вероятно, влияет на общий эффект кратома, придавая ему ещё один механизм, реализующий антидепрессивные и анксиолитические свойства оного.

Впрочем, интереснее будет следующее свойство митрагинина. Ведь, помимо всех прочих своих свойств, митрагинин является атипичным антипсихотиком. Слабым. Но, всё-таки, некоторые эффекты, характерные для антагонистов/слабых частичных агонистов дофаминовых D2 рецепторов, в очень больших дозах могут начинать проявляться. При высоких концентрациях, это даёт кратому лёгкий антипсихотический эффект.

Изредка, в больших дозах, некоторые сорта кратома могут вызывать побочные эффекты, характерные антипсихотикам, однако, в разы слабее. Обычно, это такие эффекты, как моторные тики, или лёгкая акатизия, но, это проявляется далеко не у всех, и, видимо, сильнее выражено у тех, кто имеет толерантность к эффектам кратома, как, а2-агониста и а1-антагониста (где а1 и а2 – это адренорецепторы первого и второго подтипов), а также, как, NMDA-антагониста.

Не менее занятна информация о том, что митрагинин взаимодействует с серотониновыми рецепторами. Вернее, будучи индольным алкалоидом, митрагинин бы больше удивлял, не связывайся он с ними, но, в его случае, занимателен характер этой связи.

Точно известно об этом только то, что митрагинин блокирует серотониновый рецептор 5-НТ2а, причем, весьма мощно. Это как раз тот рецептор, который является мишенью классических психоделиков, а потому, кратом отлично помогает прекратить их действие в момент, когда это необходимо. Во всех случаях, он превосходно и быстро прекращает психоделический эффект, не превращая человека в подобие овоща, как, например, укол аминазина, или приём пары таблеток клозапина.

И, вероятно, последнее свойство митрагинина, которое здесь стоит упомянуть – это воздействие митрагинина на Альфа-2 адренорецепторы. Предположительно, митрагинин является в их отношении либо полным, либо сильным частичным агонистом.

Пояснение терминологии: полный агонист связывается со своими мишенями, и активирует из них процент, близкий к ста; частичный агонист займёт свои рецепторы, но активирует лишь часть из них, а часть оставит неактивными; антагонист же, просто соединится с рецептором, не активирует его, но и не даст другим соединениям его активировать.

Об Альфа-1 и Альфа-2 адренорецепторах, их роли в ЦНС, а также о действии на них кратома и его алкалоидов, далее и пойдёт речь.

Все известные алкалоиды кратома являются производными индола, а, конкретнее, производными триптамина.

Стоит сказать, что на триптаминовом скелете основано несколько человеческих нейромедиаторов (серотонин, мелатонин, диметилтриптамин), а также ещё больше, так называемых, следовых аминов, чьи концентрации в плазме крови слишком малы, чтобы назвать их полноценными нейромедиаторами. Что не мешает оным также иметь свои функции в нервной системе. К сожалению, на данный момент, их функции ещё малоизучены наукой, хотя имеется множество различных предположений, ну и часть этих функций сейчас уже известна.

В любом случае, несмотря на происхождение от триптамина, митрагинин, как и другие активные соединения кратома, не являются близкими родственниками, например, серотонина, так как их структура значительно сложнее. Однако, их структурные формулы позволяют этим соединениям связываться с рецепторами серотонина (что выше было описано на примере блокады 5-НТ2а рецептора), а также, с такими важными мишенями, как альфа-адренорецепторы.

У этого вида рецепторов выделяют два типа: а1 и а2. Чтобы ещё больше запутать читателя, надо сказать что у обоих из этих типов есть ещё и свои подтипы, отмеченные дополнительными буквенными индексами. К счастью, такие подробности, в рамках данной статьи, приводить и объяснять нет никакой необходимости.

На а1-рецепторах надолго останавливаться нет особой нужды, так как они играют меньшую роль в фармакологии кратома. Достаточно будет сказать, что их эндогенными (то есть, производимыми самим организмом) агонистами являются, в первую очередь, норадреналин, в несколько меньшей степени – адреналин, и в ещё меньшей степени – дофамин. Эти три нейромедиатора вместе являются ядром группы, называемой катехоламинами.

Активация а1 катехоламинами (или соединениями извне) вызывает ускорение пульса, сокращение гладких мышц, из-за которого происходит сужение периферических сосудов (чьи стенки содержат эти самые гладкие мышцы), а следовательно –  снижение притока крови к конечностям, подавление аппетита и некоторые другие эффекты.

Насколько известно, единственным алкалоидом кратома, селективным к а1-рецепторам, является аймалицин, блокирующий этот тип рецепторов. Это соединение, также, блокирует и а2-рецептор (о котором речь пойдёт далее). Однако, сродство к а2 у аймалицина в 10 раз ниже, а потому, он, в отличие от родственного йохимбина, седирует, а не стимулирует.

Помимо митрагинина, гидроксимитрагинина, митрагинин-псевдоиндоксила и прочих алкалоидов, свойственных этому растению, во всех сортах кратома содержатся соединения, подобные как структурно, так и фармакологически, алкалоидам растения Йохимбе, в частности, йохимбину, а также, даже некоторые соединения, которые структурно идентичны алкалоидам, присутствующим в Йохимбе, и тем, что содержатся в Раувольфии Змеиной (аймалицин, он же раубазин).

Мишенью многих из них, в первую очередь, являются альфа-2 адренорецепторы. Они работают в человеческой ЦНС пресинаптическими регулирующими (также это называется ауторецепторами) рецепторами, методом отрицательной обратной связи не давая выделяться в чрезмерных количествах таким нейротрансмиттерам, как: норадреналин, адреналин, в несколько меньшей степени, дофамин, а также, некоторым другим.

Механизм регулирующей активности альфа-2 адренорецепторов будет описан ниже.

В момент, когда концентрация норадреналина в ЦНС становится достаточно высокой, он активирует альфа-2 адренорецептор, который не даёт выпускаться из своих хранилищ – везикул (также известных как синаптические пузырьки) новым моноаминам, тем самым, предотвращая накопление чрезмерного их количества. Если же эти рецепторы недостаточно активируются норадреналином (в случае слишком малых его концентраций), или блокируются экзогенными (поступившими извне) соединениями, то их подавляющий эффект на высвобождение моноаминов ослабляется. Сие, в свою очередь, приводит к повышению концентрации последних в синаптической щели. Однако, в случае естественной регулирующей работы а2-рецепторов, не нарушенной посторонними веществами, уровни моноаминов не повышаются чересчур сильно. Это связано с тем, что они (преимущественно, норадреналин) начнут увеличивать процент активации рассматриваемых в данном контексте рецепторов, тем самым, уменьшая собственное высвобождение. Таким образом, данная саморегулирующаяся система устаканивается. Однако, в случае попадания экзогенных антагонистов, наподобие йохимбина, при достаточном их количестве, равновесие системы нарушается. Это связано с тем, что, несмотря на увеличение концентрации моноаминов, слишком большая часть альфа-2 рецепторов заблокирована, то есть, связана с антагонистом, который просто не даёт «присосаться» к рецептору его агонисту, но и сам его не активирует, оставляя рецептор безучастно смотреть на происходящее вокруг неравновесное безобразие. Такая вот «собака на сене».

Оставшейся же части рецепторов, которая не была заблокирована, слишком мало, чтобы остановить выпуск моноаминов, даже несмотря на то, что они все уже активны. Таким образом, альфа-2 антагонисты работают, как некое «торможение тормоза».

Поступившие извне агонисты альфа-2 адренорецептора, при достаточной дозе, уменьшают высвобождение моноаминов, но, поскольку они не подвержены саморегуляции, равновесие системы не восстанавливается. Ведь, даже если эндогенный норадреналин вообще перестанет выделяться, а соответственно, активировать рецептор собой, достаточный процент а2-рецепторов уже будет активирован, и выброс моноаминов не увеличится.

Если проводить аналогию из мира техники, то антагонисты регулирующих (называемых пресинаптическими) ауторецепторов работают подобно смазке, уменьшающей трение в цепи велосипеда, что улучшает скоростные характеристики при одинаковом уровне усилий. Экзогенные агонисты таких рецепторов, используя подобную аналогию, в таком случае будут чем-то вроде песка, который, попав в эту же цепь, трение увеличивает, что приводит к уменьшению скорости, при равных усилиях на педали. Пример грубый, поскольку велосипед не является саморегулирующейся системой, но должен быть понятен.

По подобному механизму работают и другие пресинаптические регулирующие ауторецепторы, а также, соединения, которые с ними связываются.

Центральные альфа-2 агонисты дают седативный эффект, понижают давление и часто вызывают сон. Примерами таких синтетических соединений могут послужить клонидин и тизанидин, хотя, на самом деле, список подобных препаратов куда больше.

Из природных же агонистов альфа-2 рецепторов, можно выделить всё те же митрагинин и некоторые другие алкалоиды кратома, а также, каннабигерол и агматин.

В красных сортах кратома находится больше алкалоидов, активирующих а2-адренорецептор, включая и столь важный для нас с вами митрагинин (блокаторы этого рецептора всё ещё остаются в растении, но их гораздо меньше, нежели активаторов), что приводит к усилению анальгетического эффекта кратома и заметной седации в больших дозах. С зелёными сортами всё наоборот: хотя в растении, точно также, присутствуют как агонисты, так и антагонисты а2 рецепторов (структурно подобные алкалоидам Йохимбе, и, в первую очередь, йохимбину), количество алкалоидов-антагонистов, этого рецептора значительно больше, что и вызывает, в первую очередь, специфический стимулирующий эффект, который, впрочем, вызывается не только вышеупомянутыми соединениями.

Сему разрезу фармакологии кратома было посвящено так много текста, поскольку именно он даёт понять разницу зелёных, белых и красных сортов кратома, которые, фактически, являются одним и тем же штаммом, но собранным в разное время.

Также, стоит упомянуть о алкалоиде риннофиллине.

Это соединение также содержится в растении, называемом «кошачий коготь» (лат. Uncaria tomentosa).

Он структурно подобен митрагинин-псевдоиндоксилу, однако, обладает другими фармакологическими свойствами. Риннофиллин является антагонистом NMDA-рецепторов, а также, блокатором кальциевых каналов.

NMDA-рецепторы – это один из видов рецепторов глутамата. Их название является аббревиатурой соединения N-Methyl-D-Aspartate – структурного аналога глутамата и селективного агониста этих рецепторов. Разбирать функции NMDA-рецептора было бы непросто для читателя, а потому, мы остановимся конкретно на функциях их антагонистов.

Антагонистами NMDA-рецепторов являются такие известные соединения, как, например, кетамин, мемантин, амантадин, метоксетамин, кинуреновая кислота и множество других психотропных соединений.

NMDA-антагонисты часто называют «диссоциативами». Хотя не для всех блокаторов этого рецептора характерно диссоциативное действие.

Они имеют мощный обезболивающий потенциал, защищают нейроны от эксайтотоксичности (эксайтотоксичность – это эдакая «перегрузка» нервных клеток, при которой выделяются чрезмерные количества возбуждающих нейромедиаторов, что приводит к каскаду реакций, уничтожающих клетку).

Также, NMDA-антагонисты повышают нейропластичность (то есть, способность мозга к формированию новых нейронных связей, изменению уже сформированных и созданию новых нервных клеток), что происходит благодаря, вызываемому этими веществами, выбросу различных нейротрофинов, таких как фактор роста нервов – BDNF.

Это, в свою очередь, даёт возможность NMDA-антагонистам, давать быстрый антидепрессивный эффект, проявляющийся в первые же часы-сутки после применения, а не через 2-4 недели приёма, как у классических антидепрессантов.

По этой причине, в 2019 году, в США был разрешён, и начат выпуск назальных спреев с S-кетамином (левовращающий изомер кетамина), которые, отныне, в качестве вспомогательной терапии, вместе с классическими антидепрессантами, применяются для лечения ТРД – терапевтически резистентных депрессий. Так называют депрессию, которая не поддаётся лечению, как минимум, двумя адекватно назначенными антидепрессантами разных групп, или, когда успех лечения во всех случаях неполный. Теперь у людей с такими тяжёлыми случаями, появился шанс на ведение нормальной жизни, ведь результаты такой комбинированной терапии, где эскетамин применятся в непсихотропных дозах от двух раз в неделю до одного раза в две недели, оказались весьма впечатляющими.

Также, известно, что NMDA-антагонисты замедляют рост толерантности к многим веществам и препаратам, а также, ускоряют снижение толерантности при длительном воздержании. Это может быть одной из причин того, что толерантность к эффектам кратома растёт значительно медленнее, чем растёт толерантность к любым другим опиоидам.

К тому же, блокируя NMDA-рецепторы и кальциевые каналы, риннофиллин вносит свой вклад в мощный обезболивающий потенциал кратома. Также, это даёт противосудорожный эффект и понижает давление.

Важно отметить факт содержания в кратоме, помимо его алкалоидов, ещё и большого количества биоактивных соединений, подобных (и идентичных) антиоксидантам, содержащимся в зелёном чае и всё в той же Uncaria tomentosa.

Это такие соединения, как: эпикатехин, эпигаллокатехин, галлат эпигаллокатехина, галлат эпикатехина, а также, многие другие полифенолы и флавоноиды.

Многие из данных соединений положительно влияют на работу сердечно-сосудистой системы, способствуют контролю уровня глюкозы в крови, и имеют мощные противовоспалительные эффекты, причём, их содержание в кратоме выше, чем в зелёном чае.

Поэтому, кратом сильно повышает иммунитет.

Крепкий отвар останавливает диарею. Хотя, если вы отравились, лучше не принимать кратом, поскольку, возможна сильная тошнота. К тому же, инфекции, содержащейся в кишечнике лучше выйти из него естественным путём, чем оставаться внутри организма.

Впрочем, если диарея вызвана не бактериальной/вирусной инфекцией, а другими факторами, или продолжается многократно, и беспрерывно, кратом хорошо поможет.

Кратом ускоряет выздоровление при простудных заболеваниях. Благодаря данному свойству, он уменьшает шансы осложнений, связанных с болезнью. Однако, это не повод отказываться от антибиотиков, если их назначил врач.

Кратом помогает бороться с болями самого разного происхождения: начиная с травматических, заканчивая головными болями и болями в спине (в том числе, хроническими), а также, онкологическими.

Хорошо известны противотревожные и антидепрессивные эффекты кратома, в первом, не уступающему бензодиазепинам. Однако, кратом куда безопаснее, и менее аддиктивен.

Впрочем, злоупотреблять этим свойством не стоит, по причинам, расписанным выше.

Для многих людей, кратом может стать превосходной заместительной терапией, применимой при злоупотреблении алкоголем, табаком и опиоидами, более мощными чем кратом (а кратом, по своей аддиктивности, значительно слабее кодеина и бупренорфина (и даже слабее табака), обладая, при этом, более сильным обезболивающим эффектом).

Однако, справедливости ради, стоит упомянуть, что, как этанол, так и никотин, хоть и опосредованно (через целый каскад реакций), но также обладают опиоидными эффектами, причём, весьма заметными.

Кстати, бросить курить кратом помогает не только благодаря сильному облегчению синдрома отмены, а также, не только из-за снижения тяги к сигаретам, но и по причине сильной тошноты, при сочетании табака и кратома, что объясняется взаимной активацией рвотного центра.

Таким образом, исходя из всего вышенаписанного, можно сделать вывод, что кратом, помимо применения в рекреационных целях, может быть использован как хорошее и натуральное средство для лечения множества недугов, или, как минимум, для купирования их симптомов и ускорения выздоровления. Купить кратом сможете в нашем магазине.

И на этой ноте, пожалуй, стоит закончить сию статью. Впереди вас ждёт ещё много новых.

Живите с хорошим настроением, пейте чай, и будьте здоровы!

Фармакология кратома

Фармакология кратома: подробный разбор состава, и объяснение некоторых уникальных свойств этого растения. В этой статье будет рассказано об основных фармакологических свойствах кратома, чьё латинское

Подробнее..

Свойства кратома

Несколько причин почему стоить купить кратом. Не слишком углубляясь в детали, надо, однако,казать, что у Кратома абсолютно уникальный фармакологический профиль. Это связано с наличием

Подробнее..

Оставьте комментарий